Косметика и парфюмерия
Журнал Потребитель. Экспертиза и тесты
 
Школа потребителя
Ч и т а л к а
Салон красоты
M a k e - u p
Спортзал

Экспертная оценка
Презентация

Школа красоты
Дела душевные
Независимый тест
Персона

Ремесло
Вопрос - ответ
Парфюмерная лавка
 
 

 

Classified
 






ЦИВИЛИЗОВАННЫЙ ВЫХОД

 

 

 

 

 

 

 


 

 

 

 

— Милый, — произнесла Шерри, — я рада, что ты ведешь себя как цивилизованный человек.
— О, я убежден, что всегда следует вести себя подобающим образом.
— Твое предложение собраться нам всем троим, сесть и спокойно обсудить нашу проблему, безусловно, делает тебе честь. Хотя, разумеется, — тут же добавила она, — в конечном счете это ничего не изменит. Я все равно уйду от тебя. Я уверена, ты понимаешь это.
— Я понимаю, что таково твое намерение, но, надеюсь, оно изменится.
— Ну что же, полагаю, будет только справедливо предоставить тебе шанс, но уверяю, это совершенно бессмысленно. Я люблю Денниса, мы собираемся пожениться, и ничего поделать тут уже нельзя.
— Насколько я понимаю, это означает, что ты больше не любишь меня. Верно?
— Вовсе не означает, глупый. Я очень люблю тебя, просто чувства мои претерпели некоторые изменения. Скажем так: моя любовь к тебе стала менее страстной. А Денниса я люблю безумно, исступленно, до самозабвения...
— Когда-то ты и меня любила безумно, до самозабвения. По крайней мере, ты так утверждала.
— Так оно и было, но теперь мои чувства уже не те. Печально, что так случается, правда?
Я смотрел на нее с болью в сердце, ибо если ее чувства ко мне претерпели изменения, то мои-то остались прежними. Шерри была сегодня потрясающе хороша. Я отметил, что она надела белое облегающее платье, в котором выглядела особенно соблазнительно.
— Хочешь мартини? — спросил я.
— Я в общем-то не против. Но если не ошибаюсь, кто-то звонит в дверь. Уверена, что это Деннис.
Она была права насчет звонка. И, разумеется, скорее всего, это мог быть именно Деннис.
— Что же, иди открывай, — сказал я.
Она направилась в переднюю и открыла дверь. Это в самом деле был Деннис. Он вошел в прихожую. Шерри обвила его шею руками и поцеловала. Ей не впервой было целовать мужчин, но этот поцелуй был особый. Шерри вложила в него всю страсть, которую испытывала. Мне из гостиной это было хорошо видно, но, не дождавшись окончания их лобзанья, я повернулся и занялся приготовлением мартини. Я еще продолжал смешивать напитки, когда Шерри и Деннис вошли в комнату.
— Ну вот, — произнесла Шерри, — теперь все в сборе.
— Да, — согласился я, — теперь мы все здесь.
— Шерм, это Деннис, Деннис, это Шерм, — представила она нас друг другу.
— Рад познакомиться с вами, Шерм, — сказал Деннис.
Он был не такого высокого роста, как я, и не так широк в плечах, но, похоже, находился в отличной форме. У него были светлые, коротко остриженные волосы и вид студента-старшекурсника, звезды университетской театральной студии, хотя я не сомневался, что ему уже за тридцать. Похоже, он и сейчас перед нами собирался играть роль первого героя-любовника. Самое неприятное для меня было то, что эта роль принадлежала ему по праву.
Я поставил шейкер для коктейля на стол и пожал ему руку.
— Позвольте мне заметить, что я восхищаюсь вами, Шерм, — заявил Деннис.
— Просто я веду себя как цивилизованный человек. Такая позиция значительно упрощает дело. Выпьете мартини?
— Благодарю, не откажусь.
Я всем нам наполнил бокалы. Деннис и Шерри уселись на диван и взялись за руки.
— Полагаю, — сказал я, — мы вполне могли бы сейчас, так сказать, урегулировать нашу проблему.
— Проблему? — переспросил Деннис. — Откровенно говоря, я ее не вижу.
— Я тоже, — согласилась с ним Шерри. — Просто мы с тобой, Шерм, разводимся, и я выхожу замуж за Денниса. Вот и все.
— Прошу прощения, — мягко возразил я, — но мое видение этой проблемы несколько отличается от вашего. Конечно же, я готов проявить в этом деле максимум деликатности, но это отнюдь не означает, что я собираюсь сдаться без борьбы. По моему глубокому убеждению, все мы должны иметь равные шансы. И мне кажется, что я нашел довольно удачный способ цивилизованно решить этот конфликт. Не хотите ли выслушать?
— По правде говоря, нет, — ответил Деннис. — У меня нет ни малейшего желания выслушивать ваши предложения.
— А я думаю, что нам все-таки следует это сделать, Деннис, — сказала Шерри.
— Ну хорошо, — согласился Деннис, — наверное, это будет только справедливо.
— Отлично, — ответил я. — Продолжайте сидеть здесь на диване, взявшись за руки. Я вернусь буквально через несколько секунд.
Я пересек комнату, подошел к бару, вынул оттуда три небольшие бутылочки с розовым портвейном и сразу же вернулся. Поставил бутылочки на кофейный столик перед софой.
— Что это такое? — спросила Шерри.
— Маленькие бутылочки с портвейном. Я приготовил их сегодня утром.
— Все это представляется мне чрезвычайно нелепым. Зачем?
— Дело в том, что одна из этих бутылочек немного отличается от двух других. В двух, как я сказал, обычный портвейн, в третьей же достаточно яда, чтобы в одно мгновение отправиться к праотцам. Согласно моему плану, один из нас выпьет этот отравленный портвейн и прямиком отправится на небеса, перестав быть проблемой для двух других.
— Шерм, — произнесла Шерри, — у тебя всегда было извращенное чувство юмора. Думаю, скрывать это от тебя больше нет смысла.
— А по-моему, это чрезвычайно удачный способ разрешить наши противоречия. Не только цивилизованный, но, я бы сказал, даже утонченный. Думаю, он как нельзя больше подходит для столь рафинированных интеллигентов, как мы.
Шерри немного подумала.
— А знаешь, мне кажется, ты прав. Это действительно на редкость цивилизованный и интеллигентный выход. — Она отняла свою руку у Денниса, поставила локоть на колено и подперла подбородок ладошкой. Судя по всему, Шерри испытывала немалое удовлетворение при мысли, что двое интеллигентных мужчин готовы рисковать жизнью, чтобы заполучить ее.
— Послушайте, — сказал Деннис, — но ведь здесь три бутылки. Неужели вы серьезно рассчитываете на то, что Шерри тоже примет участие в этом фантастическом предприятии?
— Это необходимо, — ответил я. — Ведь только при этом условии наш, так сказать, эксперимент и имеет смысл. Если я выпиваю отравленный портвейн, вы получаете Шерри. Если вы выпиваете яд, Шерри остается со мной. Если отравленное вино выпивает Шерри, она не достанется ни вам, ни мне. Уверен, что Шерри согласится участвовать.
— Конечно, я согласна, — ответила Шерри. — Это будет справедливо.
— А я запрещаю тебе! — сказал Деннис.
— Не будь смешным, любимый, — ответила Шерри. — Ну как ты можешь мне что-то разрешать или запрещать?
— Она совершенно права, Деннис, — заметил я. — Никто из нас не имеет права навязывать свою волю другому. Сами вы, разумеется, имеете право отказаться участвовать во всем этом.
Шерри повернулась и удивленно посмотрела на Денниса. Она явно не ожидала такого поворота событий.
— Разумеется, Деннис, — решительно заявила она, — если ты не желаешь пойти ради меня на риск, заставлять тебя никто не станет.
— Дело не в риске, — возразил Деннис. — Подумайте об осложнениях. Один из нас выпьет яд и умрет. Это значит, что двое других неизбежно попадут под подозрение полиции.
— Это верно, — согласился я. — Я придумал способ избежать неприятностей. Мы не будем пить портвейн здесь. Каждый возьмет бутылку с собой и выпьет вино в одиночестве. Двое оставшихся в живых встретятся завтра днем, скажем, в три часа в коктейль-холле кафе «Пикардия». На мой взгляд, это не только разрешит проблему, связанную с полицией, но и внесет во все это предприятие элемент романтизма...
Деннис с неприязнью посмотрел на меня.
— От всей души надеюсь, что это не будем мы с вами.
— Значит ли это, что вы согласны участвовать?
— Придется. Я же вижу, как эта идея захватила Шерри.
— В самом деле, захватила, — подтвердила Шерри, — я этого и не скрываю. Должна признать, Шерм, что твоя идея просто гениальна.
— Погодите-ка минутку, — вмешался Деннис, — а вам известно, в какой бутылке находится яд?
— Нет, — ответил я, — они совершенно одинаковые. Во всяком случае, вы и Шерри можете выбрать любые две, а я возьму ту, что останется. Вас это устраивает?
— Вполне устраивает, — ответила Шерри. — Ну а теперь давайте выпьем еще по бокалу мартини и пожелаем друг другу удачи.
Мы выпили еще по коктейлю, и я направился в отель, где заказал комнату. В своем номере я надел любимую пижаму, в которой хотел бы, чтобы меня нашли после смерти. Затем я выпил портвейн и улегся в постель.

***


Я сидел в баре у высокой стойки, отпивая коктейль-амброзию из бокала, когда туда вошла Шерри. Это был не коктейль-холл кафе «Пикардия», тем не менее, местечко, надо сказать, было на редкость приятное. На маленьком возвышении для музыкантов сидела очень милая девушка, которая чудно играла на концертной арфе. Шерри явно удивилась, увидев меня, и не знала, проявить ли ей радость или, напротив, гнев. Она, тем не менее, уселась на высокий табурет рядом со мной.
— Что, черт побери, ты тут делаешь? — спросила она.
— Привет, Шерри, — поздоровался я. — Странно, что ты употребляешь здесь подобные выражения.
— Какие выражения?
— Черт побери.
— А-а. — Она внимательно посмотрела на меня, нахмурилась и стала быстро постукивать по стойке бара ногтем указательного пальца. А это всегда означало, что она раздражена.
— Можешь не заговаривать мне зубы, — колко произнесла она, — я теперь все отлично поняла. Ты, Шерм, мерзкий махинатор. Ты добавил яд в две из трех бутылочек и каким-то образом устроил так, что они достались нам с тобой. Этот грязный трюк ты проделал для того, чтобы навсегда разлучить нас с Деннисом.
— Ты совершенно необоснованно обвиняешь меня в мошенничестве, — сказал я. — Признаю, дело обстояло не совсем так, как я сказал, но уверяю тебя, мы все были в одинаковом положении.
— Объяснись, пожалуйста. Я тебя не понимаю.
— Дело в том, что я добавил яду во все три бутылки.
— Но тогда где же Деннис?
— В самом деле, — произнес я, — где же он?
— Я не видела его здесь.
— Я тоже. И полагаю, мы его еще долго не увидим.
— Ты хочешь сказать, что он пошел на попятный? Струсил и решил не рисковать? Вообще не пить портвейн?
— Именно.
Шерри продолжала смотреть на меня, но ее указательный палец постукивал по стойке бара все медленнее и медленнее, а потом совсем остановился. Мне показалось, что я вновь вижу, как в ее глазах загорается страсть, которая в последнее время была обращена на другого человека. Страсть безумная, до самозабвения.
— По-моему, я назвала мерзким махинатором вовсе не того человека, который этого заслуживает, — медленно произнесла она.
— Пустяки, — ответил я, — забудь об этом. Хочешь коктейль-амброзию?
— Конечно, хочу, — ответила она, — теперь нам обоим нужно привыкать к этому напитку, коль скоро мы с тобой оказались в раю.

• Перевод с английского Александра ЗУБКОВА •











Rambler's Top100 Система Orphus